Северный Кавказ в контексте медиатизации политических процессов / The northern Caucasus in the context of mediatization of political processes

Алпатова Вероника Дмитриевна

Санкт-Петербургский государственный университет, Российская Федерация, 199034, Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9

Alpatova Veronika Dmitrievna

Saint Petersburg State University Russian Federation, 199034, St. Petersburg, Universitetskaya emb., 7/9

Интересным явлением в изучении медиа является исследование политической полемики в исторической и современной парадигме. Например, территория Северного Кавказа всегда являлась поводом для политических дискуссий и неоднозначных реакций, во многом обусловленных отрицательным медиаобразом региона.

Большое влияние на формирование подобного образа региона произошло из-за событий, происходящих в 1990-е годы. Многие жители кавказских республик были вынуждены бежать в центральную Россию, вызывая хаос и волнения по всей стране. В данном контексте наблюдается сильнейшее влияние стереотипизации, и никакой положительный медиаобраз, создающийся в современных СМИ, пока что не способен затмить представление о Кавказе, сформированное исторически в результате ключевых событий. Поэтому политическая полемика в рамках данного исследования не может рассматриваться в отрыве от ретроспективного дискурса, повлиявшего на проблему образа народов Кавказа в исторической памяти России. В статье рассматриваются: понятие политической полемики в контексте журналистики и медиа; особенности и критерии репрезентации Северного Кавказа в медиа в современном дискурсе; особенности и критерии репрезентации Северного Кавказа в медиа в историческом дискурсе.

An interesting phenomenon in the study of media is the study of political controversy in the historical and modern paradigm. For example, the territory of the North Caucasus has always been an occasion for political discussions and ambiguous reactions, largely due to the negative media image of the region. A great influence on the formation of such an image of the region occurred due to the events taking place in the 1990s. Many residents of the Caucasian republics were forced to flee to central Russia, causing chaos and unrest throughout the country. In this context, there is a strong influence of stereotyping, and no positive media image that is being created in modern media is yet able to overshadow the idea of ​​the Caucasus, formed historically as a result of key events. Therefore, the political controversy within the framework of this study cannot be considered in isolation from the retrospective discourse that influenced the problem of the image of the peoples of the Caucasus in the historical memory of Russia. The article deals with: the concept of political controversy in the context of journalism and media; features and criteria for the representation of the North Caucasus in the media in modern discourse; features and criteria for the representation of the North Caucasus in the media in historical discourse.

 

  1. Базина Е. С. Тема миграции и мигрантов в российских СМИ: образ «чужого» и проблема информационной объективности / Е. С. Базина // Бизнес. Общество. Власть. – 2015. – № 23. – С. 24-36.
  2. Ворошилов В. В. Политический дискурс: проблемы полемики на телевидении / В. В. Ворошилов, М. Г. Ожогина // Новое слово в науке: перспективы развития. – 2016. – № 2(8). – С. 179-180.
  3. Глазкова С. А. Конструирование феномена «Северный Кавказ» на пересечении дискурсов / С. А. Глазкова // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 9. Филология. Востоковедение. Журналистика. – 2013. – № 4. – С. 162-171.
  4. Гуськова С. В. Полемика в политическом дискурсе Российской прессы / С. В. Гуськова // Информационное поле современной России: практики и эффекты : сборник статей XII Международной научно-практической конференции, Казань, 15–17 октября 2015 года / Научный редактор В.З. Гарифуллин; автор-составитель Р.П. Баканов; под. ред. Р.П. Баканова. – Казань: Казанский (Приволжский) федеральный университет, 2015. – С. 170-174.
  5. Давыденкова Е. О. Политический дискурс и современная политическая пресса в Италии // Филологические науки. Вопросы теории и практики. 2016. №9-3 (63). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/politicheskiy-diskurs-i-sovremennaya-politicheskaya-pressa-v-italii
  6. Демченко П. Н. Речевая агрессия в интернеткоммуникации как форма политической полемики и пропаганды / П. Н. Демченко, И. Н. Шаталина // Актуальные проблемы экранных и интерактивных медиа : Сборник материалов научно-практической конференции, Москва, 29–30 октября 2018 года / Составитель и научный редактор Н.Г. Кривуля. – Москва: Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова» Издательский Дом (типография), 2019. – С. 86-96.
  7. Джантеева Д. С. Тенденции и вызовы этнополитических медиакоммуникаций / Д. С. Джантеева // Коммуникология. – 2017. – Т. 5. – № 3. – С. 90-100. – DOI 10.21453/2311-3065-2017-5-3-90-101.
  8. Евсеев А. Ю. Внешнеполитический образ Чеченской Республики в зарубежных СМИ / А. Ю. Евсеев // Управленческое консультирование. – 2021. – № 10(154). – С. 35-45. – DOI 10.22394/1726-1139-2021-10-35-45.
  9. Евсеев А. Ю. Медиаобраз Северного Кавказа в СМИ Чеченской республики как инструмент национальной идентификации / А. Ю. Евсеев, И. В. Ерофеева // Гуманитарный вектор. – 2020. – Т. 15. – № 5. – С. 116-125. – DOI 10.21209/1996-7853-2020-15-5-116-125.
  10. Корнилов П. А. Трансформация образа войны на Кавказе в современных российских СМИ / П. А. Корнилов // Власть. – 2010. – № 1. – С. 100-103.
  11. Костякова Ю. Б. Политическая полемика в региональной прессе: опыт 1917 года / Ю. Б. Костякова // Журналистика и политика: взаимодействие и взаимовлияние : Материалы Всероссийской научной конференции, Архангельск, 21 ноября 2018 года. – Архангельск: Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова, 2019. – С. 42-47.
  12. Кругликова О. С. Интерпретация событий истории как инструмент политической полемики в современной журналистике (на примере дискуссии вокруг деятельности П. А. Столыпина) / О. С. Кругликова // Век информации. – 2018. – № 1. – С. 77-85.
  13. Курбанов И. А. Образ Кавказа в российском и германском дискурсе масс-медиа / И. А. Курбанов, А. Н. Таджибова // Вестник Челябинского государственного университета. – 2010. – № 4(185). – С. 115-124.
  14. Линнас Э. А. Критический анализ дискурса политической полемики (на материале электронных СМИ) : специальность 10.02.19 «Теория языка» : автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата филологических наук / Линнас Эдуард Александрович. – Тверь, 2006. – 18 с.
  15. Малькевич А. А. Роль государственной информационной политики в социально-экономической стабилизации Северного Кавказа / А. А. Малькевич // Управленческое консультирование. – 2014. – № 3(63). – С. 18-29.
  16. Махмадов А. Н. Риторика и политическая полемика / А. Н. Махмадов. – Душанбе : Ирфон, 2015. – 184 с. – ISBN 978-99947-0-333-3.
  17. Нагорный О. С. Репрезентация этничностей в русскоязычных социальных медиа / О. С. Нагорный // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. – 2017. – № 4(140). – С. 165-184. – DOI 10.14515/monitoring.2017.4.11.
  18. Петухов В. Б. Образы «героя» и «антигероя» в информационном пространстве противостояния терроризму / В. Б. Петухов. – Ульяновск : Ульяновский государственный технический университет, 2014. – 400 с.
  19. Плотников А. В. Роль средств массовой коммуникации в формировании нравственного самосознания (на примере Северного Кавказа) / А. В. Плотников // Вопросы Кавказской филологии. – 2009. – № 5. – С. 162-173.
  20. Рубцова Е. В. Газетная полемика как элемент политической борьбы в России 1917 г / Е. В. Рубцова // Региональный вестник. – 2019. – № 15(30). – С. 40-42.
  21. Тенетилова Ю. А. Прямые и косвенные способы реализации стратегии дискредитации в политической полемике / Ю. А. Тенетилова // Жанр. Стиль. Образ. Актуальные вопросы современной филологии : Межвузовский сборник статей с международным участием / Научный редактор Д.Н. Черниговский. Ответственный редактор О.В. Редькина. – Киров : Общество с ограниченной ответственностью «Научно-редакционная группа «Университет-Плюс», 2017. – С. 134-137.
  22. Тумаков Д. В. Публикации иностранных журналистов в российских масс-медиа как источник по первой чеченской кампании 1994-1996 гг / Д. В. Тумаков // Historia provinciae – журнал региональной истории. – 2018. – Т. 2. – № 3. – С. 87-118. – DOI 10.23859/2587-8344-2018-2-3-5.
  23. Чумиков А. Н. Современное информационное поле: смыслы, проблемы, коммуникационные решения / А. Н. Чумиков // Российская школа связей с общественностью. – 2015. – № 6. – С. 32-43.
  1. Bazina E. S. The theme of migration and migrants in the Russian media: the image of the «foreign» and the problem of information objectivity / E. S. Bazina // Business. Society. Power. — 2015. — No. 23. — S. 24-36.
  2. Voroshilov V. V. Political discourse: problems of controversy on television / V. V. Voroshilov, M. G. Ozhogina // New word in science: development prospects. — 2016. — No. 2(8). — S. 179-180.
  3. Glazkova S. A. Construction of the phenomenon «North Caucasus» at the intersection of discourses / S. A. Glazkova // Bulletin of St. Petersburg University. Series 9. Philology. Oriental studies. Journalism. — 2013. — No. 4. — S. 162-171.
  4. Guskova S. V. Controversy in the political discourse of the Russian press / S. V. Guskova // Information field of modern Russia: practices and effects: collection of articles of the XII International scientific and practical conference, Kazan, October 15–17, 2015 / Scientific editor V.Z. Garifullin; author-compiler R.P. Bakanov; under. ed. R.P. Bakanov. — Kazan: Kazan (Volga Region) Federal University, 2015. — P. 170-174.
  5. Davydenkova E. O. Political discourse and modern political press in Italy // Philological Sciences. Questions of theory and practice. 2016. No. 9-3 (63). URL: https://cyberleninka.ru/article/n/politicheskiy-diskurs-i-sovremennaya-politicheskaya-pressa-v-italii
  6. Demchenko P. N. Speech aggression in Internet communications as a form of political controversy and propaganda / P. N. Demchenko, I. N. Shatalina // Actual problems of screen and interactive media: Collection of materials of the scientific and practical conference, Moscow, 29–30 October 2018 / Compiled and scientific editor N.G. Krivulya. – Moscow: Moscow State University named after M.V. Lomonosov» Publishing House (printing house), 2019. — P. 86-96.
  7. Dzhanteeva D.S. Trends and challenges of ethnopolitical media communications / D.S. Dzhanteeva // Communicology. — 2017. — T. 5. — No. 3. — P. 90-100. – DOI 10.21453/2311-3065-2017-5-3-90-101.
  8. Evseev A. Yu. Foreign policy image of the Chechen Republic in foreign media / A. Yu. Evseev // Management consulting. — 2021. — No. 10(154). – P. 35-45. – DOI 10.22394/1726-1139-2021-10-35-45.
  9. Evseev A. Yu. Media image of the North Caucasus in the media of the Chechen Republic as a tool for national identification / A. Yu. Evseev, IV Erofeeva // Humanitarian vector. — 2020. — T. 15. — No. 5. — S. 116-125. – DOI 10.21209/1996-7853-2020-15-5-116-125.
  10. Kornilov P. A. Transformation of the image of war in the Caucasus in modern Russian media / P. A. Kornilov // Power. — 2010. — No. 1. — P. 100-103.
  11. Kostyakova Yu. B. Political controversy in the regional press: the experience of 1917 / Yu. B. Kostyakova // Journalism and politics: interaction and mutual influence: Proceedings of the All-Russian Scientific Conference, Arkhangelsk, November 21, 2018. – Arkhangelsk: Northern (Arctic) Federal University named after M.V. Lomonosov, 2019. — S. 42-47.
  12. Kruglikova O. S. Interpretation of historical events as a tool of political controversy in modern journalism (on the example of the discussion around the activities of P. A. Stolypin) / O. S. Kruglikova // Age of Information. — 2018. — No. 1. — P. 77-85.
  13. Kurbanov I. A. Image of the Caucasus in the Russian and German mass media discourse / I. A. Kurbanov, A. N. Tadzhibova // Bulletin of the Chelyabinsk State University. — 2010. — No. 4 (185). — S. 115-124.
  14. Linnas E. A. Critical analysis of the discourse of political controversy (on the material of electronic media): specialty 10.02.19 «Theory of language»: dissertation abstract for the degree of candidate of philological sciences / Linnas Eduard Aleksandrovich. — Tver, 2006. — 18 p.
  15. Malkevich A. A. The role of state information policy in the socio-economic stabilization of the North Caucasus / A. A. Malkevich // Management consulting. — 2014. — No. 3 (63). — S. 18-29.
  16. Makhmadov A. N. Rhetoric and political controversy / A. N. Makhmadov. — Dushanbe: Irfon, 2015. — 184 p. – ISBN 978-99947-0-333-3.
  17. Nagorny O. S. Representation of ethnicities in Russian-language social media / O. S. Nagorny // Public opinion monitoring: economic and social changes. — 2017. — No. 4 (140). — S. 165-184. – DOI 10.14515/monitoring.2017.4.11.
  18. Petukhov V. B. Images of a «hero» and «anti-hero» in the information space of countering terrorism / V. B. Petukhov. — Ulyanovsk: Ulyanovsk State Technical University, 2014. — 400 p.
  19. Plotnikov A. V. The role of mass media in the formation of moral self-consciousness (on the example of the North Caucasus) / A. V. Plotnikov // Issues of Caucasian Philology. — 2009. — No. 5. — P. 162-173.
  20. Rubtsova E. V. Newspaper controversy as an element of the political struggle in Russia in 1917 / E. V. Rubtsova // Regional Bulletin. — 2019. — No. 15(30). — S. 40-42.
  21. Tenetilova Yu. A. Direct and indirect ways of implementing the strategy of discredit in political controversy / Yu. A. Tenetilova // Genre. Style. Image. Topical issues of modern philology: Interuniversity collection of articles with international participation / Scientific editor D.N. Chernigov. Managing editor O.V. Redkin. — Kirov: Limited Liability Company «Scientific and Editorial Group «Universitet-Plus», 2017. — P. 134-137.
  22. Tumakov D. V. Publications of foreign journalists in the Russian mass media as a source for the first Chechen campaign of 1994-1996 / D. V. Tumakov // Historia provinciae — a journal of regional history. — 2018. — T. 2. — No. 3. — P. 87-118. – DOI 10.23859/2587-8344-2018-2-3-5.
  23. Chumikov A. N. Modern information field: meanings, problems, communication solutions / A. N. Chumikov // Russian School of Public Relations. — 2015. — No. 6. — S. 32-43.

медиаобраз, политическая полемика, Северный Кавказ.

media image, political controversy, North Caucasus.

1.1. Понятие политической полемики в журналистике

 Историческая полемика как понятие активно используется в политической журналистике. Именно оно является базовым для понимания медиатизации политических процессов, поскольку многие политические явления рассматриваются в дискуссионном поле, где понятие исторической полемики является определяющим в данном контексте.

Исследователь Э. А. Линнас в своей диссертации, посвященной критическому анализу дискурса политической полемики, комплексно рассматривает полемику как базовый функциональный жанр политического дискурса, выделяя в качестве концептуальной основы:

1) ориентацию (призыв и формулировка);

2) интеграцию (сплочение, солидаризация);

3) агональность (борьба за власть).

Также исследователь комплексно рассматривает понятие «политическая полемика», выявляя языковые средства конструирования реальности конфликта в ситуации социально ориентированного общения.

Стоит отметить, что исследователем так же выделяются две основные функции в политической полемике: ориентирующая и манипулятивная. Автор работы считает, что «в процессе освещения политических событий СМИ формируют дискурсивные версии действительности, посредством которых задается программа, ориентирующая читательскую аудиторию. Дискурсивные версии действительности воспроизводят стереотипы, предубеждения и социальные фобии».

Другой интересный тезис, позволяющий провести подробное изучение понятия политического дискурса в рамках нашего исследования, заключается в изучении манипуляционных механизмов в политической полемике. Так, «манипуляция в политической полемике опирается на конструирование дискурсивной версии действительности и солидаризации политического субъекта с реципиентом». СМИ же в подобной коммуникации является субъектом, обладающим возможностью манипулирования сознанием коллективного реципиента из-за «темпоральной и локальной разобщенности участников коммуникации, что ослабляет дискурсивную защиту массовой аудитории».

Исследователь Е. О. Давыденкова сопоставляет СМИ с политическим дискурсом, частью которого она является, рассматривая современную прессу Италии. Она обращает внимание на то, что политический дискурс имеет очень размытые границы и постоянно расширяется в связи с непрерывным развитием технологий и все большим влиянием интернета на жизнь общества. Анализируя роль таки средств массовой информации и коммуникации, как личные блоги, сайты и социальные сети, рассматриваются широкие возможности способов политической пропаганды. Так, автор работы делает вывод о классификации политического дискурса, заявляя, что к ним относятся разнообразные речевые акты: «от официальных выступлений политиков до обсуждений итогов выборов в городском баре; от репортажа журналиста и комментариев к этой статье в интернете».

Рассуждая об определении понятия искусства политической полемики, А. Н. Махмадов определяет его как «совокупность знаний и мастерство, которое определяет подготовку и произношение научной дискуссионной речи, соответствующей требованиям и правилам полемики. В то же время, рассуждать объективно и аргументировано, выражать мысль научно и правильно, воздействовать на мнение народа считают искусством политической полемики».

В 2021 году политическая полемика на телевидении представлена более однобоко, если сравнивать с аналогичными дискуссиями в интернет-пространстве. Так, исследователи В. В. Ворошилов и М. Г. Ожогина в своей статье выявляют причины некорректных методов ведения полемики в телевизионных ток-шоу, а также дают рекомендации журналистам, работающим в создании политических программ. По их мнению, «эффективность политического дискурса всегда определяется одной целью: внушить обществу и гражданам необходимость политически верных оценок или действий».

Также интерес представляет имплементация политической полемики в периодических изданиях современности на примере газеты «Аргументы и факты» – С. В. Гуськова в своем исследовании подчеркивает способы отстаивания авторской точки зрения, лексические особенности текстов и заголовочные конструкции для изучения тематики дискурса.

Ученая Е. В. Рубцова подходит к вопросу политической полемики ретроспективно и рассматривает газетную полемику как элемент политической борьбы в России в 1917 году. Автор, исследуя газетную полемику, приходит к выводу, что печатные издания не только транслировали идеи той или иной партии, но и прямо влияли на политику, убеждая население принять решения властей или же наоборот, выступить против него: «печать играла огромную роль в политических процессах 1917 года. При этом стоит отметить, что такое стало возможно только благодаря свободе печати, введенной Временным правительством. Этот факт свидетельствует о том, что только в условиях максимальной свободы и отсутствии государственной цензуры журналистика в полной мере может проявить себя как “четвертая власть”».

Стоит отметить, что журналистику называют четвертой ветвью власти именно в политическом контексте: СМИ, выполняющие функцию «сторожевого пса демократии» (осуществление контроля и критики всех остальных ветвей власти), зачастую оказываются инициатором политической полемики, лоббируя интересы сторон.

Помимо Е. В. Рубцовой политическую полемику в периодической печати в период между Февральской и Октябрьской революциями 1917 г. изучает Ю. Б. Костякова, подвергая анализу региональные издания города Минусинска с диаметрально противоположной политической повесткой. На основании этого анализа выявлены основные подходы к формулированию политической полемики.

В контексте данного исследования стоит также отметить научную статью О. С. Кругликовой, посвященную интерпретации исторических событий как инструмент политической полемики в современности на примере образа П. А. Столыпина накануне президентских выборов 2012 года. Автор рассматривает исторический диалог как часть политической полемики современности, который приводит к искажению предмета дискуссии в информационном поле: «в современных СМИ события прошлого зачастую интерпретируются в соответствии с актуальными задачами политической пропаганды, стоящими перед теми или иными политическими силами, и потому становятся предметом яростной полемики».

Петербургские исследователи П. Н. Демченко и И. Н. Шаталина рассматривают такое явление, как речевая агрессия в интернет-коммуникации как форма политической полемики и пропаганды. К проявлениям речевой агрессии, по мнению исследователей, относятся ирония, метафоры, сравнения, использование аллюзий, риторических вопросов и других речевых элементов: «открытое выражение агрессии создаётся за счёт использования в речи публицистов разговорной, просторечной, ненормативной, жаргонной лексики, эмоционально-окрашенной лексики, в числе которой можно выделить, например, слова с суффиксами субъективной оценки». Так, на стадии эмоционирования политическая полемика в речевой экспликации обладает заметными лексическими и стилистическими чертами, позволяющими анализировать частотность употребления тех или иных средств художественной выразительности.

Учёная Ю. А. Тенетилова также рассматривает политическую полемику в речевом контексте, посвящая свою статью прямым и косвенным способам реализации стратегии дискредитации в политической полемике: «стратегия дискредитации реализуется через тактики обвинения, компрометации, гиперболизации, оскорбления, угрозы. Она представлена комплексами коммуникативных действий двух типов: объективной дискредитации (цель – выразить объективную негативную оценку) и субъективной дискредитации (цель – подорвать доверие, вызвать сомнение в положительных качествах партнера, представить его негативно)».

Таким образом, в основе политической полемики лежат такие понятия, как ориентация, интеграция и агональность; функциями политического дискурса считаются ориентирующая и манипулятивная; политическая полемика имеет место в разных каналах средств массовой информации; мощным инструментов в политической полемики является интерпретация исторических событий; в основе политической полемики зачастую лежит речевая агрессия, проявляющаяся с помощью таких средств речевой выразительности, как ирония, метафоры, сравнения, использование аллюзий, риторических вопросов и других речевых элементов.
 

1.2. Специфика медиаобраза Северного Кавказа

Северный Кавказ отличается по многим показателям не только в политическом и экономическом дискурсе, но и обладает специфическими особенностями репрезентации региона в медиапространстве. Так, зачастую именно у этих регионов формируется специфический образ исходя из общественно-политической повестки медиа. В данной главе нами будет рассмотрена специфика репрезентации образа данных регионов в политической среде и их особенности.

Исследователь В. Б. Петухов посвятил свою монографию изучению формирования образов «героя» и «антигероя» в информационном пространстве противодействия терроризму через информационные каналы телевидения. Подобные полярные образы “добра” и “зла” создают ощущение конфронтации, которое ложится в основу медиаобраза региона. Так, по его мнению, «осмысление системы противодействия терроризму через анализ образов “героя” и “антигероя”, сложившихся в массовом общественном сознании непосредственно связано с обеспечением государственной, общественной и индивидуальной безопасности. Дуальная оппозиция <…> имеет ярко выраженный социально-политический контекст».

Следом за вниманием к дуальному характеру мелиаобраза автор работы нарочито выделяет, что в сознании граждан образ террористов закреплен за определенной национальностью: «в российском массовом общественном сознании произошло сближение образов “внутреннего” и “внешнего” врага при достаточно выраженном приоритете первого над вторым. Несмотря на предпринятые пропагандистские усилия по распространению тезиса “у террористов нет национальности”, в сознании россиян по-прежнему живы стереотипы национальной (чеченской) идентификации террористических врагов. Образ террористического врага, сложившийся на сегодняшний день в общественном сознании российских граждан и декларируемый органами государственной власти, разнопланов, размыт и несколько противоречив». Так, в контексте медиаобраза Северного Кавказа силен феномен стереотипизации.

Другой исследователь, П. А. Корнилов, посвящает свою статью дискурсивному анализу трансформации образа войны на Кавказе в российских СМИ от первой чеченской войны до наших дней, рассматривая вопросы конструирования дискурсов Кавказской войны на основе изучения материалов СМИ с помощью специально разработанных исследовательских методик. Он пишет, что такие события, как военные конфликты в Абхазии и Южной Осетии, в Нагорном Карабахе, осетино-ингушский конфликт, ввод войск в Чечню: «неизменно оказывались в центре внимания отечественных СМИ. Кавказская тема всегда будоражила массовое сознание российского общества и воспринималась как близкая и пугающая. Кавказ и выходцы с него были всегда и частью России, и в то же время – образом культуры с другим измерением. Поэтому, когда своего рода общественный договор, заключенный с кавказскими народами в рамках советской системы, прекратил свое существование, новый клубок взаимных претензий и противоречий вспыхнул вооруженными столкновениями и военными конфликтами». Автор добавляет, что «характерными чертами трансформации и конструирования образа войны на Кавказе современными российскими СМИ является тематическое расширение и расщепление, мозаичность структуры, наличие конкурирующих и противоборствующих дискурсов, формирование и усиление медиа-модели насилия».

Исследование, рассмотренное выше, позволяет нам судить о медиаобразе Кавказа не только в контексте современности, но и в историческом дискурсе, как о конфликте, не имеющем начала и претерпевающим постоянную трансформацию за счет новых переменных. Для более внимательного изучения данного вопроса стоит сказать о том, что многие исследователи берут на себя задачу конкретизировать образ и дать ему более понятные определения за счет сравнительного анализа и с помощью ракурса зарубежных СМИ, в которых медиаобраз Кавказа представлен наиболее “зверским”.

Например, основываясь на сравнительно-сопоставительном анализе российского и германского медийного дискурса, И. А. Курбанов и А. Н. Таджибова в своей статье предлагают рассмотреть образ Кавказа следующим образом: «образ Кавказа, при помощи различных видов метафор, представлен таким образом: Кавказ – это место проведения различных видов боев, где живут “звери”, умеющие только воевать, управляемые недееспособными политиками, а Кавказ в целом – арена для жуткого реалити-шоу».

Помимо естественно формирующегося медиаобраза, существует такое явление, как искусственное конструирование медиаобраза, а также противоположный ему гражданский дискурс. Например, интересными в рамках данной работы представляются труды, посвященные конструированию феномена «Северный Кавказ». Так, на пересечении дискурсов данное явление рассматривается с помощью различных тем и подтем. С. А. Глазкова, сравнивая информацию о Кавказе в масс-медийном и гражданском дискурсе, пишет об этом следующим образом: «гражданском оппозиционном дискурсе мы находим примеры контр-дискурса как коммуникативной стратегии для обнаружения скрытых значений в заявлениях федеральных властей. Именно гражданскиий дискурс демонстрирует наивысшую степень интердискурсивности по отношению к двум другим типам дискурса».

В контексте изучения государственной политики по созданию медиаобраза региона, нами рассмотрено исследование А. А. Малькевича. Автор изучает то, как государство проводит информационную политику, а также формирование идеологии и мировоззрения людей, обладающими этнонациональными чертами. На основе анализа текущего положения региональных СМИ Северного Кавказа, в исследовании глубоко изучена специфика информационных каналов и их деятельность с учетом специфических характеристик региона. Так, автор исследования дает рекомендации по выстраиванию государственной информационной политики в отношении республик Северного Кавказа, выделяя значимость создания и поддержки образов харизматичных авторов в региональной журналистике.

Таким образом, исходя из рассмотренных нами работ, можно сделать следующие выводы:

– о Северном Кавказе и выходцах оттуда в СМИ сформирован стереотипный образ “антигероя” – подобные полярные образы “добра” и “зла” создают ощущение конфронтации, которое ложится в основу медиаобраза региона;

– следом за вниманием к дуальному характеру медиаобраза автор работы нарочито выделяет, что в сознании граждан образ террористов закреплен за определенной национальностью;

– образ Чеченской войны оказал сильное влияние на восприятие образа не только Северного Кавказа как региона, но и представителей данной этнографической группы, живущих за пределами региона и эмигрировавших;

– в контексте медиаобраза Северного Кавказа силен феномен стереотипизации, которое имеет место не только в контексте современности, но и в историческом дискурсе – данный конфликт претерпевает постоянную трансформацию за счет новых переменных;

– помимо естественно формирующегося медиаобраза, существует такое явление, как искусственное конструирование медиаобраза, навязанное государственной политикой. Но так же на обратной стороне стоит противоположный ему гражданский дискурс – именно он демонстрирует наивысшую степень интердискурсивности по отношению к двум другим типам дискурса.

 

1.3. Особенности освещения региональных событий в политической полемике Северного Кавказа

В данном параграфе мы рассмотрим, как репрезентуют отдельные региональные события и какие критерии для анализа формируются в политической полемике в северокавказских СМИ.

А. В. Плотников на примере Северного Кавказа рассуждает о роли средств массовой коммуникации в формировании нравственного самосознания. Это объясняется тем, что на небольшой территории расселено огромное количество этнически разнообразных народов с различным историческим, культурным и традиционными бэкграундом. По его мнению, именно это «создает множество проблем, замыкающихся на проблеме национальной безопасности, составными элементами которой, наряду с военной и экономической, выступают социальная, духовно-нравственная безопасность». В политической полемике Северного Кавказа именно вопрос идентичности наиболее сильно влияет на возникновение споров и конфликтного медиаобраза.

Так, на особенности освещения политической полемики так же сильно влияет смысловая интерпретация. Например, А. Н. Чумиков подчеркивает, что один и тот же факт может по-разному интерпретироваться ради поддержания того или иного смыслового решения в коммуникации. Он отмечает, что «само понятие факта стало чрезвычайно расплывчатым, а число интерпретаций – безграничным».

 Другую свою статью автор посвящает важной теме образа миграции и мигранта, представленного в российской прессе, анализируя основные тенденции поведения СМИ и выделяя основные поворотные моменты создания того образа мигранта, который присутствует в современной российской прессе. В мультикультурной среде особенно важно рассмотреть эффективные стратегии поведения журналиста: «формат “human story” выбирается для освещения миграционных тем очень редко, однако, видимо, именно он в большей степени способствует установлению эффективной межнациональной коммуникации в мультикультурной медийной среде». Однако в контексте создания эффективного и положительного образа мигранта в российской прессе формат human story позволит индивидуализировать представление и снизить негативное влияние стереотипов.

Так, например, Д. С. Джантеева исследует новые тренды и вызовы информационного общества, влияющие на развитие этнополитических медиакоммуникаций и эффективность реализации государственной политики в сфере межэтнических отношений. На примере Северного Кавказа автор выделяет коммуникационные проблемы и направления использования медиакоммуникаций акторами этнополитики, отмечая, что Северный Кавказ обладает коммуникационными проблемами, что затормаживает развитие региональной этнополитической информационно-коммуникативной системы: «развитие глобального информационного общества и существующие вызовы единству многонационального народа России делают уязвимыми этнополитические отношения в медиа сфере».

 Учёный О. С. Нагорный представляет результаты исследования, выполненного в парадигме анализа больших данных, говоря о том, что этническая и политическая тематика в конфликте выделяется с трудом и зачастую эти две тематики сильно взаимосвязаны: «конфликт между государствами проецируется в сферу межэтнических отношений».

Д. А. Тумаков проанализировал первые несколько дней, открывающих чеченскую войну 1994–1996 гг. на основе публикаций известных журналистов из России и зарубежных журналистов того времени. Автор работы отметил, что среди корреспондентов из других стран присутствует сочувствие и даже симпатии к сепаратистам из Чечни.

 Следующее рассматриваемое нами исследование принадлежит авторству А. Ю. Евсеева – работа посвящена медиаобразу Северного Кавказа как инструмент национальной идентификации на страницах СМИ Чечни. Так, в статье представлена характеристика системы чеченских СМИ как информационной платформы для продвижения образа Северного Кавказа, предлагается его имиджевая проекция в медиа республики, учитывающая ментальные особенности жителей региона. Так, рассуждая о доминантных стратегиях продвижения медиаобраза, автор выделяет следующие детали: «в профессиональном поле СМИ под определённым углом зрения активно тиражируются факты и явления, мнения и взгляды, стереотипы и семиотика, моделирующие в массовом сознании лик пространства существования». Обращаясь в частности к регионам Северного Кавказа, автор исследования делает следующий вывод: «перспективным видится общенациональный взгляд на Северный Кавказ (Адыгею, Дагестан, Ингушетию, Кабардино-Балкарию, Карачаево-Черкесию, Северную Осетию, Чечню, Ставропольский край) как на неизменную историческую часть Российского государства без противопоставления интересам жителей региона. Такой подход будет служить сближению народов (этнически, религиозно, культурно разных) на основе единства в ответственности всех граждан страны за судьбу исторической государственности».

Таким образом, изучая интерпретации смыслов и образов, влияющих на политическую полемику, можно сделать следующие выводы:

– единица текста, которая репрезентует тематику Северного Кавказа, может делиться функционально (ориентирующая или манипулятивная функция) и концептуально (ориентация, интеграция, агональность);

– это объясняется тем, что на небольшой территории расселено огромное количество этнически разнообразных народов с различным историческим, культурным и традиционными бэкграундом;

– в политической полемике Северного Кавказа именно вопрос идентичности наиболее сильно влияет на возникновение споров и конфликтного медиаобраза;

– на особенности освещения политической полемики так же сильно влияет смысловая интерпретация;

– в контексте создания эффективного и положительного образа мигранта в российской прессе формат human story позволит индивидуализировать представление и снизить негативное влияние стереотипов;

– коммуникационные проблемы Северного Кавказа не только тормозят процесс модернизации политических медиакоммуникаций, но и отражаются на функционировании всей региональной этнополитической информационно-коммуникативной системы в целом;

– этническая и политическая тематика в конфликте зачастую сильно взаимосвязаны;

– среди корреспондентов из других стран наблюдается тенденция проявления сочувствия и даже симпатии к сепаратистам из Чечни;

– тем не менее, общенациональный взгляд на Северный Кавказ как на неизменную историческую часть Российского государства без противопоставления интересам жителей региона является перспективным и может помочь сближению народов.