Акции гражданского протеста в материалах СМИ / Acts of civil protest in the mass media

Олеся Дмитриевна Литвиненко.

Санкт-Петербургский государственный университет

Olesya Dmitrievna Litvinenko.

Saint Petersburg State University.

Статья посвящена исследованию коммуникативных стратегий и тактик освещения протестной акции 20 июля 2019 года «За допуск на выборы» и протестной акции 10 августа 2019 года «Вернем себе право на выборы» в рамках сравнительного анализа контента таких федеральных средств массовой информации, как «Ведомости», «Известия», «Коммерсантъ», «Комсомольская правда», «Московский комсомолец», «Новая газета» и «Российская газета». Данные издания были выбраны по принципу наибольшей цитируемости в СМИ и в социальных медиа за июль и август 2019 года согласно рейтингам компании «Медиалогии». Базой для сравнения послужил контент газет с 20 июля по 24 июля 2019 года и с 10 августа по 14 августа 2019 года.

The article is devoted to the study of communication strategies and tactics of coverage of the July 20, 2019 protest rally “For Access to Elections” and the August 10, 2019 protest rally “Let us regain the right to vote” as part of a comparative analysis of the content of such federal media as Vedomosti, Izvestia, Kommersant, Komsomolskaya Pravda, Moskovsky Komsomolets, Novaya Gazeta and Rossiyskaya Gazeta. These publications were selected on the basis of the principle of highest citation in the media and social media for July and August 2019 according to the ratings of Medialogy. The comparison was based on newspaper content from July 20 to July 24, 2019 and from August 10 to August 14, 2019.

  1. Блохин И. Н. (2016) Личность в пространстве массовой коммуникации: начала ролевого анализа. Санкт-Петербург.
  2. Вилков А. А., Некрасов С. Ф., Россошанский А. В. (2011) Политическая функциональность современных российских СМИ. Саратов.
  3. Гришанина А. Н. (2018) Коммуникативные стратегии протеста и консолидации в медиасфере. Век информации. Санкт-Петербург, 2, т. 1, 264-266.
  4. Дементьева И. Н. (2013) Изучение протестной активности населения в зарубежной и отечественной науке. Проблемы развития территории. Вологда, 24 (66), 83-94.
  5. Корконосенко С. Г. (2020) Политическая журналистика. Москва.
  6. Крылов А. А. (2005) Психология. Санкт-Петербург.
  7. Крымова Д. А. (2016) Анализ особенностей структуры гражданской позиции // Психология: традиции и инновации: материалы II Международной научной конференции. Самара, 29-32.
  1. Blohin I. N. (2016) Lichnost’ v prostranstve massovoj kommunikacii: nachala rolevogo analiza [Personality in the space of mass communication: the beginning of role analysis]. St. Petersburg. (In Russian)
  2. Dementyeva I. N. (2013) Izucheniye protestnoy aktivnosti naseleniya v zarubezhnoy i otechestvennoy nauke [Study of the protest activity of the population in foreign and domestic science]. Problemy razvitiya territorii [Territory development problems]. Vologda, 24 (66). 83-94. (In Russian)
  3. Grishanina A. N. (2018) Kommunikativnye strategii protesta i konsolidacii v mediasfere [Communicative strategies of protest and consolidation in the media sphere]. Vek informacii [Century of information]. St. Petersburg, 2, t. 1, 264-266. (In Russian)
  4. Korkonosenko S. G. (2020) Politicheskaya zhurnalistika [Political journalism]. Moscow. (In Russian)
  5. Krylov A. A. (2005) Psihologiya [Psychology]. St. Petersburg. (In Russian)
  6. Krymova D. A. (2016) Analiz osobennostej struktury grazhdanskoj pozicii [Analysis of the structural features of a civil position] // Psihologiya: tradicii i innovacii: materialy II Mezhdunarodnoj nauchnoj konferencii [Psychology: Traditions and Innovations: Materials of the II International Scientific Conference]. Samara, 29-32. (In Russian)
  7. Vilkov A. A., Nekrasov S. F., Rossoshanskij A. V. (2011) Politicheskaya funkcional’nost’ sovremennyh rossijskih SMI [Political Functionality of Modern Russian Media]. Saratov. (In Russian)

Рецензия

Статья О. Д. Литвиненко написана на актуальную и востребованную на современном этапе тему освещения  СМИ протестной активности в политической журналистике. Характер воздействия политического медиадискурса на социально-политические процессы в российском обществе все чаще оказывается в центре внимания исследователей. В последние годы активно развиваются междисциплинарные исследования механизмов и эффектов медиавоздействия, особенностей политического медиадискурса. Одним из актуальных направлений исследований является изучение роли медиа в современном российском обществе. Это связано, с одной стороны, с увеличением количества СМК, с другой, с качеством медиаинформации, ее востребованностью аудиторией. Насущной проблемой для современных медиа является «борьба за потребителя». В связи с этим повышенный интерес исследователей вызывает характер избранной коммуникативной стратегии различных медиа, которая определяет их привлекательность. Тематика политической жизни все чаще оказывается в центре внимания в обществе. Исследование представленности в медиапространстве различных политических позиций и интересов позволяет определить  востребованность медиа и степень влияния. 

 Рецензируемая работа несомненно имеет практическую ценность ввиду того, что аналитическое описание стратегий, которые избирают медиа, способствуют пониманию характера воздействия на аудиторию в освещении таких актуальных для политической жизни российского общества проблем как политическая активность и ее протестные формы. А это, в свою очередь, позволяет оценить привлекательность медиа для аудитории, сравнить направленность различных медиа, выявить «медиапалитру» российских СМК.

В статье О. Д. Литвиненко необходимо отметить ценность методических приемов исследования политического медиадискурса. Результаты исследования раскрывают в полной мере научные интересы автора, его увлеченность темой. Несомненным достоинством работы является сравнительный анализ информационной интерпретации протестных акций 2019 года в Москве в разных медиа.

Свешникова Наталья Олеговна, кандидат психологических наук, доцент кафедры политической психологии.

протестные акции, гражданский протест в СМИ, контент федеральных СМИ, манипулятивные приемы, политический медиадискурс.

protests, civil protest in the media, federal media content, manipulative techniques, political media discourse.

Литвиненко О. Д. Акции гражданского протеста в материалах СМИ // Век информации (Сетевое издание), 2020. Т.4 № 2(11) апрель 2020

Введение. Летние московские протесты стали ключевым инфоповодом с июля по август 2019 года и в дальнейшем в течение нескольких месяцев активно обсуждались во многих СМИ. На данный момент в связи с многочисленностью средств массовой информации и их борьбой за аудиторию появляются проблемы привлечения, а главное, удержания медиапотребителя контентом СМИ. В этих условиях издания выстраивают стратегии освещения событий в мире и с помощью тактик доносят свои смыслы. Именно частотное использование тех или иных тактических приемов заставляет аудиторию снова и снова возвращаться к конкретному СМИ. При потреблении медийного контента следует понимать, насколько он соответствует действительности и происходящим в ней событиям и в какой мере влияет на восприятие человеком той или иной ситуации и трансформирует его отношение к ней. Именно коммуникативные стратегии и тактики медиа помогают ответить на эти вопросы.

На сегодняшний день важно понимать, что исходя из редакционной политики и желания оказать определенное психологическое влияние на целевую аудиторию, средства массовой информации отображают гражданские акции с помощью тех или иных тактических приемов. В этих условиях изучение интерпретаций протестной активности в СМИ необходимо, так как понимание стратегий, которых придерживаются медиа, помогает установить, что влияло на конечный материал в СМИ, подачу информации и ее оценку.

Обзор литературы по теме. Необходимо отметить статью И. Н. Дементьевой «Изучение протестной активности населения в зарубежной и отечественной науке» [Дементьева 2013: 83-94], в которой описываются концепции и теории протестного движения. А. А. Крылов обращается к вопросу об определении понятия «протест» в своей работе «Психология» [Крылов 2005: 495]. Он полагает, что протест является естественной реакцией «человека политического» на действия политической системы.

Формированию гражданской позиции посвящена статья Д. А. Крымовой «Анализ особенностей структуры гражданской позиции» [Крымова 2016: 29-32]. Она выделяет три этапа: первый заключается в формировании гражданского сознания, на втором этапе полученные знания становятся убеждениями человека, третьим этапом является само гражданское поведение личности.

Политический медиадискурс рассматривается в работах И. Н. Блохина и С. Г. Корконосенко [Корконосенко 2016: 360]. Так, например, И. Н. Блохин в своем труде «Личность в пространстве массовой коммуникации: начала ролевого анализа» [Блохин 2016: 360] выделяет четыре социальные роли журналиста: «наблюдение без участия», «наблюдение частного как проявления общего», «участие как апелляция» и «участие», и от того, какую установку выберет автор публикации, будет зависеть его конечный журналистский материал.

Анализу политических журналистских текстов посвящена работа А. А. Вилкова, С. Ф. Некрасова и А. В. Россошанского, которая называется «Политическая функциональность современных российских СМИ» [Вилков, Некрасов, Россошанский 2011: 268]. В ней авторы приводят свою классификацию методов информационного воздействия.

А. Н. Гришанина отмечает, что в последнее время отмечается и новая реакция читателей на освещение акций протеста. Она размещается в основном пользователями в социальных сетях и вызывает неоднозначную реакцию при обсуждении, что, в свою очередь, ведет к появлению новых форм протеста и консолидации в обществе [Гришанина 2018: 266].

Методика и методология исследования. Методика исследования определялась целями и задачами. Целью работы было исследовать коммуникативные стратегии и тактики освещения двух московских протестов, происходящих летом 2019 года, в рамках сравнительного анализа контента таких федеральных СМИ, как «Ведомости», «Известия», «Коммерсантъ», «Комсомольская правда», «Московский комсомолец», «Новая газета» и «Российская газета». Задачи: определить теоретические концепции психологии протестного движения; рассмотреть понятийный аппарат по теме политического медиадискурса; установить комплекс факторов, которые формируют гражданскую позицию личности; проанализировать коммуникативные тактики и стратегии освещения митингов 20 июля и 10 августа 2019 года в практике «Ведомостей», «Известий», «Коммерсанта», «Комсомольской правды», «Московского комсомольца», «Новой газеты» и «Российской газеты».

Были использованы: метод ролевого анализа, который помог выявить ожидаемое поведение СМИ в соответствии с его статусом и сопоставить его с конечным журналистским продуктом и его подачей; сравнительный метод, который позволил продемонстрировать различия в восприятии протестов и обнаружить конфликтные аспекты данных акций; мониторинг медиаконтента; структурный контент-анализ, который помог изучить тематическую наполненность журналистских материалов; метод дискурс-анализа позволил рассмотреть интерпретацию и ее роль в качестве отдельного резонансного события в системе московской протестной волны 2019 года.

Результаты исследования. Больше всего упоминаний и о митинге 20 июля, и о митинге 10 августа было у «Коммерсанта»: всего 27 материалов, шесть из которых посвящены протестной акции в июле. В двух из шести материалов присутствуют упоминания о задержаниях, в трех из шести – о деятельности правоохранительных органов непосредственно на самом митинге, в двух из шести – о деятельности протестующих, в пяти из шести – о деятельности оппозиции на митинге, в пяти из шести – о деятельности различных государственных структур (МВД, Мосгоризбирком, т.д.), в одном из шести – об участниках акций как о жителях Москвы и во всех материалах упоминается количество людей на митинге.

Во всех материалах «Коммерсантъ» дает сведения как МВД, так и организаторов (касается численности). Это свидетельствует об объективном характере освещения митинга и отсутствии как такого информационного отбора, основанного на предпочтениях автора.

Один из способов воздействия на аудитория можно считать применение невербальных средств, а именно фотографий с подтекстом. В новости «В Москве проходит митинг в поддержку оппозиционных кандидатов в Мосгордуму» открывающей фотографией является изображение плаката «Любовь не запретить». Читатель с нейтральным отношением к митингам при просмотре фотографии считывает подтекст (Любовь как кандидат (Любовь Соболь) и любовь как явление) и эмоционально уже находится на стороне протестующих. Данный прием рассчитан на каналы восприятия, не связанные с логикой.

Следующим СМИ по количеству публикаций на тему митинга 20 июля стала «Новая газета» – всего четыре материала, касающихся протестной акции. «Новая газета» уникальна тем, что в каждом материале (и про митинг 20 июля, и про митинг 10 августа) присутствуют сведения о задержаниях. В одном из четырех материалов говорится о действиях сотрудников полиции на митинге, столько же – о деятельности протестующих, о деятельности оппозиции на митинге и деятельности власти как федерального органа. О количестве участников сказано во всех материалах, и об участниках как о жителях Москвы нет информации ни в одном материале.

Прием обвинения использован в данном предложении: «На согласованной с московскими властями акции задержали не менее шести человек. Один из них несовершеннолетний, другого избили и сломали руку» («Новая газета». 22 июля 2019. № 79). Глагол «избили» контрастирует с восприятием функций полицейского: они противоречат друг другу.

Приемы на мезоуровне и макроуровне присутствуют во всех материалах. В основном это повторяющиеся темы и акцентирование внимания читателя на них: используются параллельные конструкции и повторы. Среди тем – жесткие действия со стороны сотрудников полиции («во время разгона задержали почти 40 человек, некоторым из них потребовалась госпитализация», «при задержании сломали руку участнику митинга» (все – «Новая газета». 20 июля 2019) и тема пропуска на митинг («тысячи людей пытаются пройти через рамки», «люди продолжают стоять в очереди», «в половину четвертого на проспекте Сахарова уже 20 тысяч человек – люди продолжают стоять в очереди на вход» (все – «Новая газета». 22 июля 2019. № 79).

По два материала про митинг 20 июля 2019 года опубликовано «Российской газетой» и «Ведомостями». Для начала проведем анализ официального издания Правительства РФ. Ни в одном материале нет упоминаний о задержаниях и деятельности государственных структур. Во всех публикациях предоставлены сведения о численности, и в каждом втором материале присутствуют упоминания о деятельности правоохранительных органов на митинге, деятельности протестующих и оппозиции, а также в одной публикации говорится об участниках как о жителях Москвы.

В первом материале, который представляет собой небольшой новостной материал, автор выдает свое оценочное мнение за факт: «среди якобы подписавшихся обнаружились несуществующие и умершие люди» («Российская газета». 20 июля 2019). «Якобы» употребляется для того, чтобы показать, что в сообщении содержится информация, в достоверности которой автор не уверен.

Использован прием примитивизации информации, то есть когда сведения намеренно упрощаются для достижения своих целей, а также некорректная информация про состав участников: «Школьники поаплодировали и постепенно разошлись» («Российская газета». 21 июля 2019. № 158). На митинге были не только несовершеннолетние, в чем можно убедиться, просмотрев фотографии и видео.

В материале используется такой прием, как «дубитация», то есть ряд вопросов: «…а не специально ли сданы в избирком подписи-фантомы? Не был ли целью сам митинговый шум?» («Российская газета». 21 июля 2019. № 158). Вопросы композиционно стоят после авторского мнения, которое может восприниматься читателем с нейтральной позицией как неоспоримый факт. Автор высказывает субъективную причинно-следственную связь, для чего нужно было устраивать митинг, и подкрепляет свою точку зрения вопросами, ответы на которые уже даны в тексте.

«Российская газета» и «Известия» – те издания, в материалах которых нет сведений о численности участников митинга по оценке «Белого счетчика» (ни в материалах про митинг 20 июля, ни в материалах про митинг 10 августа). Это говорит об их однобокой позиции и необъективности освещения акции.

 «Известия» освещали митинг 20 июля максимально коротко: был выпущен один материал в 183 слова. В этой новости присутствуют упоминания о деятельности сотрудников полиции, а также о численности на акции. Не сказано о задержаниях, участниках как жителях Москвы, деятельности протестующих, оппозиции и власти как федерального органа.

«Известия» не дают оценку численности на митинге от организаторов, только информацию от МВД. Так как это новость, приемы на микроуровне отсутствует по свойству новостной публикации. Единственное, что можно считать за способ воздействия на читателя – это наличие смыслового акцента в материале. В публикации делается упор на безопасность и отлично выполненную работу правоохранительными органами: «Сотрудники полиции и Росгвардии обеспечивают охрану общественного порядка и безопасности» («Известия». 20 июля 2019).

В материалах «Ведомостей» о митинге 20 июля нет упоминаний об участниках как о гражданах Москвы, а также о деятельности участников митинга. В каждой второй публикации говорится о задержаниях, деятельности сотрудников полиции и оппозиции на митинге, а также о численности на митинге. Во всех материалах упоминается деятельность государственных структур.

«Ведомости» – единственное издание, которое писало мнения от редакции на тему митингов. В авторской колонке журналист называет ситуацию вокруг митинга антиутопией, подчеркивая, что происходящее сейчас фантастически по своей природе. В публикации используется ирония: «Несмотря на видео, где Кутенков и не пытается сопротивляться, суд оштрафовал его с традиционной формулировкой о доверии сотрудникам полиции, вместо того чтобы передать дело об их произволе в прокуратуру или Следственный комитет России» («Ведомости». 24 июля 2019). Фраза «традиционная формулировка о доверии сотрудникам полиции» указывает на пристрастность и необъективность судов, по мнению автора.

Во втором материале «Ведомостей», посвященном митингу 20 июля, в основном содержится речь экспертов, которые рассуждают на тему усиления политического кризиса в столице. Стоит сказать, что на макроуровне применен прием отбора информации: нет сведений полиции, касающихся численности участников. Это говорит о том, что «Ведомости» признают реальной оценку «Белого счетчика».

По одному материалу, посвященному митингу 20 июля 2019 года, опубликовали «Комсомольская правда» и «Московский комсомолец».

«Комсомольская правда» дает информацию и полиции, и организаторов, однако «по сведения МВД» выделяет жирным, а организаторов называет «устроителями». В единственной публикации о митинге 20 июля присутствуют упоминания о деятельности сотрудников полиции и оппозиции, а также о численности и об участниках как жителях Москвы. Ничего не говорится о задержаниях, действиях протестующих и деятельности власти как федерального органа.

Репортаж, который посвящен митингу 20 июля, содержит в себе частое использование такого приема, как «принижение иронией»: одного кандидата, который на сцене «ушел в рассказы о золотовалютных резервах страны и предположения, что на эти деньги можно было бы построить прекрасную Россию будущего к настоящему» («Комсомольская правда». 20 июля 2019), автор называет иронично «экономистом»; на постоянные упреки оппозиции, что власть не видит чего-то, журналист иронизирует и называет избегание или игнорирование некоторых проблем «проблемами зрения власти»; оппозиционных политиков, которые стали более известны избирателям, автор сравнивает с грибами, которые подрастают вокруг Навального: «…видя, как рядом, словно грибы, подрастают альтернативы ему» («Комсомольская правда». 20 июля 2019). По отношению к самому Навальному использован прием завуалированного оскорбления: «бывшим еще недавно Единым Безальтернативным Лидером Оппозиции» («Комсомольская правда». 20 июля 2019).

Часто авторское мнение выдается за факт, например, «В толпе попадались украинские флаги и плакаты, что в случае победы кандидатов оппозиции на выборах в Мосгордуме Россия уйдет из Крыма и Донбасса… В общем, все как всегда на подобном мероприятии» («Комсомольская правда». 20 июля 2019): последнее утверждение носит сугубо субъективный характер и может быть основано только на личном опыте автора. Но формулируется тезис так, будто это истина. Или другой пример: «разве что численность вышедших все-таки немного удивила. А с другой стороны – выходной, погода хорошая. Почему бы и нет, как говорится» («Комсомольская правда». 20 июля 2019). Снова автор, который причиной массовости митинга считает исключительно внешние факторы, выставляет свое мнение как факт.

«Московский комсомолец» в своем материале говорит о деятельности протестующих и оппозиции, о количестве пришедших на акцию. Нет упоминаний о задержаниях, о деятельности полиции и государственных структур, а также об участниках как о жителях Москвы.

 В материале по сравнению с публикациями других СМИ много приемов на микроуровне. Например, оппозиционных кандидатов автор пренебрежительно характеризует как «пролетевшие», а саму избирательную кампанию как «гонку», что само по себе формирует неправильное восприятие политической борьбы и ее ценности: «Если “пролетевшие” с подписями оппозиционные кандидаты не будут допущены к гонке, следующая акция протеста пройдет у мэрии» («Московский комсомолец». 20 июля 2019). В материале использованы штампы: «женщина постбальзаковского возраста», «лес рук». Автор пытается подобрать образы, понятные всем, забывая о том, что используя клишированные фразы, он обезличивает событие и лишает его индивидуальных черт.

Автор свое мнение часто выдает за факт. Например, свою низкую оценку ораторских способностей у выступающих выставляет как данность: «Остальные ораторы выступали более буднично» («Московский комсомолец». 20 июля 2019). Или фраза «подавляющее большинство участников протестной акции, как всегда, составляла молодежь» («Московский комсомолец». 20 июля 2019) субъективна и только демонстрирует установку автора по отношению к протестным акциям. С его утверждением можно поспорить и вспомнить протестную волну 2011-2013 годов или протесты в Шиесе, начавшиеся в 2018 году.

Митинг 10 августа 2019 года является самой масштабной акцией в протестной волне 2019 года в Москве и одним из крупнейших протестов за новейшую историю России. Больше всего упоминаний об этом митинге было у «Коммерсанта». Всего 21 материал, посвященный акции «Вернем себе право на выборы». При освещении митинга 10 августа издание руководствуется той же стратегией максимально полного информирования аудитории, что была у него касательно митинга 20 июля. «Коммерсантъ» в большинстве своем дает оценку происходящего со стороны МВД, организаторов, независимых организаций. Чаще начинают появляться сообщения о поддержке московской акции другими регионами. «Коммерсантъ» таким образом показывает расширение первоначальной информационной повестки протестного движения (допуск независимых кандидатов на выборы).

В 14 из 21 материалов присутствуют упоминания о задержаниях, в 11 из 21 – о деятельности правоохранительных органов непосредственно на самом митинге, в семи из 21 – о деятельности протестующих, в 10 из 21 – о деятельности оппозиции на митинге, в 11 из 21 – о деятельности различных государственных структур (МВД, Мосгоризбирком, т.д.), в 19 из 21 – о численности участников и в одном материале сообщается об участниках акций как о жителях Москвы.

Так как жанрово преобладают новостные материалы, приемы на микроуровне проявляются лишь в больших публикациях. Например, в публикации «“Дело не в Мосгордуме даже”. Митинг на проспекте Сахарова собрал 50 тыс. человек» акцент делается на «показательно агрессивных» действиях полиции: «Даже если люди стояли мирно, их выдергивали из толпы, жестко заламывали руки и так, в болезненной позе, тащили в автозаки» («Коммерсантъ». 10 августа 2019). Кроме употребления слов с негативной коннотацией (выдергивали, заламывали, тащили), используется прием противопоставления «мы-они»: мирные люди и сотрудники полиции, совершающие отрицательные действия по отношению к группе «мы».

«Новая газета» опубликовала семь материалов на тему митинга 10 августа. Во всех публикациях упоминаются задержания, в двух из семи материалов содержится тема деятельности правоохранительных органов на митинге и в стольких же публикациях говорится о деятельности власти как федерального органа. В пяти из семи материалов содержится тема деятельности протестующих, в одной публикации упоминается деятельность оппозиции, в шести из семи материалов говорится о численности протестующих. Также тема «участники как о жителях Москвы» поднимается в одном тексте.

Самым манипулятивным по количеству приемов является материал «Ноги ломать можно, материться нельзя» («Новая газета». 14 августа. № 89). В нем используются эпитеты («Начало недели…оказалось «урожайным» на аресты как по уголовным, так и по административным статьям»), противопоставления («…доказать факт массовых беспорядков власти пока так и не могут. Но посадки идут»), ирония («Видимо, диабетик с 16-летним стажем добровольно отдал лекарства следователю» пишет автор по поводу ситуации, когда задержанного пришлось госпитализировать, «Работа кипела в понедельник и в Мещанском суде Москвы», «Свои пять копеек добавил 12 августа и Симоновский районный суд Москвы» – по поводу судов, которые выносят приговоры задержанным на митингах).

Из 12 материалов «Российской газеты» про митинг 10 августа в четырех говорится о задержаниях и деятельности протестующих и оппозиции, в пяти из 12 – о действиях сотрудников полиции, в шести из 12 – о работе государственных структур, в семи из 12 – о численности участников, в трех публикациях сообщается, что участники в большинстве своем не жители Москвы.

Основным приемом газеты на макроуровне является отбор информации. «Российская газета» не дает никакой информации оппозиционных организаций: ни «Белого счетчика», ни «ОВД-Инфо». Это приводит к необъективному и неполному освещению протестного движения.

В качестве приема на микроуровне часто используется контраст для иллюстрации несостоятельности протестного движения: «Столичные власти согласовали его численностью 100 тысяч человек. По данным «РГ» на 14.10, пришли 7 тысяч человек» («Российская газета». 10 августа 2019). Читатель с нейтральной позицией сопоставляет заявленные 100 тысяч с пришедшими семью, и воспринимает это как отсутствие общественного интереса в протестной акции. Однако нужно понимать, что информация про семь тысяч участников носит ограниченный характер: эта цифра была дана в самом начале митинга, когда еще многие люди стояли в очередях на вход.

Четыре материала «Известий» были посвящены митингу 10 августа. Во всех присутствует тема задержаний и численности участников. В половине публикаций упоминается деятельность протестующих, оппозиции и деятельность государственных структур. В одном материале из четырех поднимается тема сотрудников полиции и их действий на митинге, а также говорится об участниках как жителях Москвы и регионов.

Стоит отметить, какой акцент делается на публике протестной акции. Был использован прием визуализации: когда начинают говорить о протестующих, на видео показывают неформалов. В самом тексте повторяется тезис, что «публика собралась разношерстная» («Известия». 12 августа 2019), и идет перечисление: девушки и парни с розовыми, голубыми и зелеными волосами, бабушка в сиреневом платке и с плакатом «Допускай», активисты ЛГБТ. Но не говорится о людях, которые пришли на митинг ради поддержки своих кандидатов.

В «Ведомостях» вышло четыре материала, которые были посвящены митингу 10 августа. Из них в двух из четырех публикаций говорится о задержаниях, в трех из четырех – о деятельности протестующих и об их количестве. Упоминания о деятельности правоохранительных органов, оппозиции, власти как федерального органа, а также сведения о превалировании жителей Москвы на митинге присутствуют в одном материале из четырех.

В материалах «Ведомостей» аналитического жанра, которые посвящены протестному движению 2019 года, содержится оценка различных экспертов. Эти тексты отличаются аргументированностью и выстроенной композиционной логикой. Например, в материале о результатах опроса тех, кто был на митинге, сказано: «это делалось, чтобы ликвидировать субъективный фактор при выборе респондента и обеспечить случайность выборки» («Ведомости». 11 августа 2019).

В колонках «Ведомости» позволяют себе экспрессивность и предвзятость: это можно обосновать свойствами публицистического жанра. Были использованы различные приемы, например, обвинение: «удары в печень несопротивляющемуся человеку выглядят гнусно и подло» («Ведомости». 12 августа 2019). Также используется прием «принижение иронией»: «президент, похоже, демонстративно игнорирует московские события, проводя время то в камере батискафа, то за рулем байка» («Ведомости». 11 августа 2019).

«Комсомольская правда», освещая митинг 10 августа, опубликовала три материала, посвященные данной протестной акции. В каждой из трех публикаций присутствуют сведения о задержаниях, о деятельности протестующих и оппозиции, а также о численности участников на митинге. Только в одной публикации упоминаются действия полиции. Тема деятельности власти как федерального органа и тема участников как жителей Москвы не поднимается.

Стоит сказать про сложный манипулятивный прием, который связан с композицией текста. То, как соотносятся между собой части текста и в какой последовательности они следуют друг за другом, может сильно повлиять на читателя и убедить его в правильности высказываемых идей. «И некоторые послушали [пойти на несанкционированную прогулку] – пошли. Более сотни людей в итоге там были задержаны…» («Комсомольская правда». 11 августа 2019). Именно такая последовательность, лишенная союзов, вводных слов, такая пунктуация (многоточие) формируют у читателя следующую причинно-следственную связь: их задержали по закону, потому что они пошли туда.

Также была использована дубитация, то есть ряд вопросов. «Ну а когда один из ораторов всерьез потребовал от России вернуть Белоруссии … Смоленск, я уже просто обалдел – где я? И кто все эти люди – вожди «протеста»? Это точно митинг в поддержку кандидатов незарегистрированных на выборы в Мосгордуму?» («Комсомольская правда». 11 августа 2019). Важно отметить, что информация структурирована таким образом, что читатель склонен согласиться с автором.

«Московский комсомолец» во всех своих трех публикациях про митинг 10 августа упоминает темы задержаний, действий сотрудников полиции. В двух из трех материалов говорится о деятельности протестующих, в одном из трех – о теме деятельности оппозиции и власти как федерального органа, а также о теме численности протестующих на митинге и об участниках как жителях Москвы.

Самым частотным способом воздействия на читателя является прием «смещение смыслового акцента». Так как репортаж предполагает описание происходящего, автор часто пишет не о протестной акции, а о деталях, которые скорее кажутся лишними, чем влияющими на восприятие митинга. Автор говорит про погоду, про зонты, про одежду протестующих.

Выводы. Стратегия на понижение была присуща всем анализируемым газетам. «Известия», «Комсомольская правда», «Московский комсомолец» и «Российская газета» ставили перед собой цель представить оппонентов (оппозицию и протестующих) и ситуацию в негативном свете и указать аудитории на обличающие оппонентов качества. Также этим изданиям была свойственна стратегия защиты государственности.

Для «Новой газеты» стратегия на понижение реализовывалась через акцентирование внимания медиапотребителя на ответственности оппонента (сотрудников полиции) за совершенные действия. «Новая газета» и «Коммерсантъ» реализовывали также стратегию побуждения, которая выражалась через тактику создания эффекта значительности события (повторяющуюся тему общественной поддержки митингов).

Негативную оценку действиям государственных структур кроме «Новой газеты» давали и «Ведомости». Таким образом они осуществляли стратегию на понижение. Аналитическим материалам и «Ведомостей», и «Коммерсанта» была свойственна тактика создания эффекта объективности. Использовалось цитирование, приводились различные мнения специалистов, результаты опросов. «Коммерсантъ» лучше всех других изданий реализовывал стратегию информирования. Стоит отметить, что установка «Коммерсанта» сводилась к непредвзятому отражению митингов. Остальные издания выполняли установку «наблюдения частного как проявление общего»: производился журналистский отбор информации, давалась оценка полученным сведениям и после выполнялся критический анализ.