Роль новых информационных технологий на примере президентских гонок разных стран

Д.О. Виноградов, К.А. Антуганов, Д.А. Томилина, Н.В. Дмитриенко, О.М. Еремчук

Санкт-Петербургский государственный университет

D.O. Vinogradov, K.A. Antuganov, D.A. Tomilina, N.V. Dmitrienko, O.M. Eremchuk

В статье изучается феномен новых информационных технологий (далее – НИТ) в избирательном процессе, анализируется их применение на практике в президентских гонках США, Украины и Франции, выделяются преимущества и недостатки, а также существующие тенденции НИТ в политике. В данной работе оценивается эффективность использования НИТ в политике, а также выявляется их роль в системе других политических инструментов.

The authors of the article had a goal to explore the phenomenon of new information technologies in election process, to analyze the usage of them in the presidential campaigns in the USA, Ukraine and France. The authors defined all possible advantages and disadvantages of new information technologies and tried to demonstrate some tendencies of their development nowadays. The authors had a try to evaluate the effectiveness of new information technologies and to reveal their role in the system of all the other political instruments.

  1. Балашов А.Н. Информационные технологии в политике: сущность, содержание и классификация // Среднерусский вестник общественных наук. – 2014. – №2. – С. 85-91.
  2. Быков И.А. Twitter как основной инструмент избирательной кампании Дональда Трампа // Российская школа связей с общественностью. – 2017. – №9. – С. 115-123.
  3. Зеленский запустил приложение «Яклоун» // Life.ru URL: https://yandex.ru/turbo?text=https%3A%2F%2Flife.ru%2F1192023 (дата обращения: 26.03.19).
  4. Клюев, Ю.В. Политический массмедиадискурс в России: феномен и концепции (2000-Е ГОДЫ): Дис. … д-ра полит. наук: 23.00.03 — Политическая культура и идеологии / Ю.В. Клюев. – СПб: С.- Петерб. гос. ун-т, 2017. – 482 с.
  5. Коммуникативные технологии в процессах политической мобилизации: колл. монография / науч. ред. В.А. Ачкасова, Г.С. Мельник. – М.: ФЛИНТА : Наука, 2016. – 248 с.
  6. Коренюшкина, С.И. Феномен политической пассивности в системе коммуникативных практик / С.И. Коренюшкина, А.А. Садыхова // Этносоциум и межнациональная культура. – 2018. — № 11 (125). – С. 94-98.
  7. Курышева, Ю.В. «Сетевая демократия» как альтернатива медиакратии: опыт социальных медиа на новых выборах в США/ Ю. В. Курышева // Медиакратия: современные теории и практики / под ред. А.С. Пую, С.С. Бодруновой. – СПб.: Изд-во С.Петерб. ун-та, 2013. – С. 235-240.
  8. Несмашный А.О. Интернет-технологии в политике и политические информационные интернет-технологии: различия в сущности и содержании понятий // Социум и власть. – 2017. – №2. – С. 59-64.
  9. Порошенко высмеяли за томос-тур по Украине // Взгляд. Деловая газета URL: https://yandex.ru/turbo?text=https%3A%2F%2Fvz.ru%2Fnews%2F2019%2F1%2F14%2F959170.html (дата обращения: 16.03.19).
  1. Balashov A.N. Informatsionnye tehnologii v politike: suschnost’, soderzhanie i klassifikatsija // Srednerusskij vestnik obschestvennyh nauk. – 2014. – №2. – S. 85-91.
    2. Bykov I.A. Twitter kak osnovnoj instrument izbiratel’noj kampanii Donal’da Trampa // Rossijskaja shkola svjazej s obschestvennost’ju. – 2017. – №9. – S. 115-123.
    3. Zelenskij zapustil prilozhenie «Jakloun» // Life.ru URL: https://yandex.ru/turbo?text=https%3A%2F%2Flife.ru%2F1192023 (data obraschenija: 26.03.19).
    4. Kljuev, Ju.V. Politicheskij massmediadiskurs v Rossii: fenomen i kontseptsii (2000-E GODY): Dis. … d-ra polit. nauk: 23.00.03 — Politicheskaja kul’tura i ideologii / Ju.V. Kljuev. – SPb: S.- Peterb. gos. un-t, 2017. – 482 s.
    5. Kommunikativnye tehnologii v protsessah politicheskoj mobilizatsii: koll. monografija / nauch. red. V.A. Achkasova, G.S. Mel’nik. – M.: FLINTA : Nauka, 2016. – 248 s.
    6. Korenjushkina, S.I. Fenomen politicheskoj passivnosti v sisteme kommunikativnyh praktik / S.I. Korenjushkina, A.A. Sadyhova // `Etnosotsium i mezhnatsional’naja kul’tura. – 2018. — № 11 (125). – S. 94-98.
    7. Kurysheva, Ju.V. «Setevaja demokratija» kak al’ternativa mediakratii: opyt sotsial’nyh media na novyh vyborah v SShA/ Ju. V. Kurysheva // Mediakratija: sovremennye teorii i praktiki / pod red. A.S. Puju, S.S. Bodrunovoj. – SPb.: Izd-vo S.Peterb. un-ta, 2013. – S. 235-240.
    8. Nesmashnyj A.O. Internet-tehnologii v politike i politicheskie informatsionnye internet-tehnologii: razlichija v suschnosti i soderzhanii ponjatij // Sotsium i vlast’. – 2017. – №2. – S. 59-64.
    9. Poroshenko vysmejali za tomos-tur po Ukraine // Vzgljad. Delovaja gazeta URL: https://yandex.ru/turbo?text=https%3A%2F%2Fvz.ru%2Fnews%2F2019%2F1%2F14%2F959170.html (data obraschenija: 16.03.19).

новые информационные технологии, НИТ, интернет-технологии, политика.

New information technologies, internet technologies, policy.

Совокупность приемов установления контакта с аудиторией называется средствами массовой коммуникации, которые так или иначе базируются на четырех механизмах воздействия на массы: убеждение, внушение, эмоциональное заражение, подражание. Политический дискурс последних десятилетий кардинально поменял свои формы и содержание, что связано с изменениями в самой структуре современного общества, которое стало информационным. Взаимодействие всех структур современного государства и государств между собой, а также управление информационным обществом со стороны власти производится на основе информационно-коммуникационных технологий.

Подобные изменения привели к появлению нового вида информационных технологий, имеющих свои уникальные черты. Во многом их специфичность выражается в появлении нового вида канала передачи информации – интернета. В соответствии с данными изменениями появляются характеристики интернет-технологий, которые, во-первых, ограничиваются пространством сети Интернет и функционируют согласно законам глобальной сети. Иными словами, они зависят от технических изменений, а значит, вынуждены постоянно меняться вслед за техническим прогрессом. Во-вторых, интернет-технологии не требуют особого социального статуса или ресурса от субъекта для того, чтобы использовать информационные интернет-технологии по своему усмотрению. В-третьих, проблема цифрового неравенства отражается на эффективности информационных интернет-технологий, значительным образом сужая возможности точечного воздействия технологий, предопределяя их массовый характер [8, с. 63].

Чтобы перейти к детальному изучению роли НИТ в политическом дискурсе на примере кейсов избирательных кампаний, авторы считают необходимым пояснить используемый тезаурус. Для этого требуется дать ответы на следующие вопросы: 

  1. В чем особенность политических технологий?
  2. Что общего и различного между политическими и информационными технологиями?
  3. В чем разница между традиционными и новыми информационными технологиями?
  4. Каковы различия между терминами «интернет-технологии в политике» и «политические интернет-технологии»?

Первоначально необходимо отметить, что любая технология подразумевает под собой процесс (или составляющие его компоненты) достижения определенных целей, основанный на знаниях. Согласно этому определению следует отличать политические технологии от информационных, принимая во внимание только дифференцирующие их аспекты: информацию как таковую и политику. В таком случае политические технологии обозначаются как совокупность наиболее целесообразных приемов, способов, процедур реализации функций политической системы, направленных на повышение эффективности политического процесса и достижение желаемых результатов в сфере политики.

Согласно российскому законодательству, информационные технологии в общем понимании — это процессы, методы поиска, сбора, хранения, обработки, предоставления, распространения информации и способы осуществления таких процессов и методов.

«Новые информационные технологии, — по мнению А.Н. Балашова, — это совокупность современных электронных технических средств и программного обеспечения, а также организации, форм и методов их применения в информационной работе, направленной на эффективное использование информационных ресурсов в различных областях жизнедеятельности людей». [1, с. 87]

На основе вышерассмотренных дефиниций авторы работы предлагают использовать операциональное определение понятия «новые информационные технологии в политике». Данное определение заключает в себе их наиболее полную и точную характеристику. Новые информационные технологии в политике – это технологии создания, сбора, хранения, обработки, передачи и распространения информации при помощи современных электронных технических средств для реализации функций политической системы, направленных на повышение эффективности политического процесса и достижения желаемых результатов в сфере политики.

Специалисты разделяют два понятия: «традиционные информационные технологии» (существующие и реализуемые на платформе традиционных СМИ и посредством установления личных контактов) и «новые информационные технологии» (появившиеся после изобретения интернета и других компьютерных технологий). Но не только канал определяет сущность нового вида политических коммуникаций. Новые информационные технологии в целом переводят политическую систему на качественно новый уровень. В отличие от традиционных информационных технологий при применении новых информационных технологий, главным образом реализуемых посредством сети Интернет, значительно возрастают возможности отдельного индивида влиять на политический процесс. Он может создавать различные информационные поводы, используя личный аккаунт в социальных сетях, видео-хостингах и проч. Как отмечает в своей работе Ю.В. Клюев: «В центр внимания выдвигается личность. <…> Граждане (а не институты, включая прессу) становятся авангардом борьбы за демократические права и свободы в мире медиа» [4, с.6]. Увеличиваются коммуникативные возможности и государства, которые могут быть выражены как в поиске новых способов эффективной трансляции политический информации, так и в использовании инструментов пропаганды. «Избирательные технологии предполагают активное использование механизмов влияния на общественное мнение, что стимулирует использование объемного пропагандистского потенциала в избирательных кампаниях» ― подтверждает идею выше С.И. Коренюшкина [5, с. 87].

Отмечается отчетливая тенденция смешения частной и публичной сфер, которое происходит из-за использования политиками социальных сетей. Эту мысль справедливо описывает Ю.В. Курышева: «Сегодня в социальных сетях границы между частным разговором и публичным обсуждением размыты. <…> Размытие границ между частным и публичным создает ощущение – часто оказывающееся иллюзорным – прямого участия в политике…» [7, с. 238-239].

В настоящей работе авторами намеренно нивелирована разница между понятиями «интернет-технологии» и «новые информационные технологии», так как первое исчерпывающе отражает сущность второго. Таким образом, предметное поле исследования было сужено до технологий, которые функционируют исключительно в сфере глобальной Сети. При этом игнорируются Wi-Fi, Bluetooth, локальные компьютерные сети, поскольку они не позволяют массово распространять политическую информацию.

Понятие «информационные технологии» может принимать как техническую, так и гуманитарную составляющие [8, с. 62].  В том случае, когда употребляется термин «информационные технологии в политике», речь идет о технической составляющей, то есть об инструментах работы с политической информацией. Термин же «политические информационные технологии» носит гуманитарный оттенок, выражающийся в использовании данных инструментов для достижения политических целей. Иными словами, «техническое» определение помогает ответить на вопрос «что?», а гуманитарное – «как?».

Существует несколько версий, в которых излагаются причины вовлечения НИТ в политическую сферу. Большинство специалистов настаивает на том, что необходимость в новых инструментах была спровоцирована снижением эффективности традиционных приемов жесткой политической пропаганды. Возможно, они не успели дискредитировать себя, но стали все больше и больше распознаваться аудиторией. Следующая резонная версия основывается на необходимости обеспечивать более широкий единовременный доступ СМИ к информации, официальным документам и текущим законодательным инициативам, что под силу в большей степени НИТ. И, наконец, необходимость способствовать усилению внутренней организации партий и коммуникации членов партий между собой стала еще одной причиной вовлечения НИТ в политику.

На основании вышеизложенного авторы провели разбор трех кейсов, исследование которых было направлено на подтверждение практической значимости НИТ, а также их роли в системе политических институтов. В настоящей работе акцент был сделан на избирательный процесс трех стран: США, Франции и Украины, ситуации внутри которых были проанализированы при помощи открытых интернет-источников. Авторы постарались выявить инструменты новых информационных технологий, которые были вовлечены в президентские кампании, оценить уровень их воздействия не только на исход выборов, но и на репутационную составляющую того или иного политического деятеля.

Первый кейс – предвыборная гонка в США 2016 года.

К началу предвыборной гонки по опросам общественного мнения Дональд Трамп являлся политическим аутсайдером по сравнению со своими конкурентами, в частности, Х. Клинтон, которая обладала репутацией успешного политика. Поэтому перед штабом республиканца стояла главная задача – создать имидж успешного политика, будущего президента США.

Для этой цели были использованы как классические методы, так и новые информационные технологии. Поскольку в данной статье делается акцент на НИТ, авторы сознательно отказались от анализа классических приемов, которые были использованы и Хиллари Клинтон, и Дональдом Трампом.

Во-первых, в политической кампании республиканца были использованы технологии Cambridge Analytica. Это аналитическая компания, занимающаяся изучением поведения людей в Интернете, сбором данных из социальных сетей, покупкой данных у Google, Facebook, процессинговых компаний, бюро кредитных историй и т.д. На основании этих данных формировались психологические профили избирателей, которые сомневались или только планировали голосовать за демократов. В результате, с помощью информационных технологий Cambridge Analytica республиканцы выделили целевые группы, которым они отправляли те месседжи от имени Трампа, которые определенная целевая группа хотела увидеть, чтобы привлечь их на сторону республиканца. Глава этой компании — Александр Никс объяснил, почему Дональд Трамп менял свои взгляды во время предвыборной гонки: «Мы смотрели, что тревожит колеблющихся избирателей, например, это вопрос права на ношение оружия. Значит, наш кандидат должен сделать четкое заявление, которое убьет все их сомнения». Д. Трамп прицельно направлял четкий посыл избирателям, в том числе, с помощью таргетинга. В результате была сформирована точечная система доставки цифрового сигнала до тех избирателей, которых нужно привлечь на свою сторону.

Предвыборным штабом республиканца была разработана новая медиастратегия, главной составляющей которой стал Twitter Д. Трампа. С помощью этой социальной сети был создан новый прямой канал для связи с избирателями, которые воспринимали его доверительно, как общение с ними лично, а не обращение элиты к избирателям посредством оплаченной прессы. Также освещение высказываний Д. Трампа в Твиттере традиционными американскими СМИ превращало «трампизмы» в глобальные новости [2].

Х. Клинтон тоже оставляла публикации в Twitter, но этот ход оказался для нее неудачным. На своей странице она предприняла попытку представить, что в выборах одержал победу Д. Трамп и начал вести безответственную политику. Если бы Д. Трамп уже был президентом, то читатели сосредоточились бы на его неправильных действиях. Но республиканец на тот момент был только кандидатом в президенты, поэтому избиратели представили его президентом, «увидели» на рабочем месте. Так Х. Клинтон совершила ошибку, потому что с помощью своего Твиттера помогла Д. Трампу создать у избирателей образ себя-президента. Она создала у избирателей предварительное убеждение, что именно Д. Трамп победит на выборах.

Тема фейков и «постправды» в Facebook и Twitter активно использовалась штабом Дональда Трампа. Их основным источником были его избиратели. Фейки должны были вызывать желание распространить их дальше. С одной стороны, «постправда» консолидировала сторонников против Клинтон и демократов, а с другой стороны, благодаря ретвитам и перепостам, показывала сторонникам Д. Трампа, что их становится всё больше и больше, и они действуют, создавая эффект заразительности. Таким образом, социальные сети в руках Дональда Трампа стали мощным инструментом влияния на избирателей. Также социальные сети, а именно Facebook, использовались штабом республиканца для сбора денежных средств. Д. Трамп смог собрать значительно больше мелких пожертвований благодаря этому, чем Х. Клинтон.

Предвыборный штаб Трампа активно использовал рекламу в Интернете (на финальном этапе было потрачено более 60 млн долларов. Сейчас можно сделать вывод, что ставка штаба Д. Трампа на «нетрадиционные СМИ» оправдалась, поскольку пост президента достался республиканцу.

В октябре 2016 года Дональд Трамп нанял Giles-Parscale, которая специализируется на digital-направлении. Благодаря digital в колеблющихся штатах, большинство голосов в которых и обеспечило в результате победу Трампа, с сентября наблюдался многократный перевес по количеству просмотров в пользу канала республиканца на YouТube при том, что в среднем по всей Америке больший интерес вызывала Х. Клинтон.

Перед тем, как перейти к оценке эффективности новых информационных технологий, необходимо рассмотреть реакцию общественности на победу республиканца: Twitter Трампа начали читать почти 60 млн человек, его высказывания репостили десятки тысяч, классические СМИ обращались к Твиттеру президента как к официальному источнику, цитировали его; после оглашения результатов выборов во многих крупных городах США прошли акции протеста против победы Дональда Трампа. Самая крупная из них прошла в Нью-Йорке, среди лозунгов акций — «Не мой президент!».

Таким образом, можно оценить эффективность использования новых информационных технологий в предвыборной гонке в США. С одной стороны, новые информационные технологии показали свою эффективность, так как победу одержал Д. Трамп, который смог успешно применить их в своей предвыборной кампании. С другой стороны, НИТ нуждаются в значительных доработках, так как продолжительность их влияния оказалась не долгосрочной, о чем свидетельствуют протесты, митинги после выборов. Также необходимо учитывать, что НИТ показали свою эффективность именно в США, где существует достаточно высокий уровень информатизации, и, вероятно, что в других странах они могут дать другой эффект или не дать эффекта вообще. Финальную точку в победе поставили twitter-коммуникация Трампа с избирателями и фейковые новости в Facebook. Новые информационные технологии позволили добиться того, что штаты, обычно голосующие за демократическую партию, проголосовали за республиканца.

Рассмотрим второй кейс, а именно президентскую кампанию во Франции 2017 года. Выбор этой страны обусловлен тем фактом, что Франция составляет основу Евросоюза, задает политические тренды. Центральными персонажами рассматриваемого кейса стали кандидаты политической гонки, которые прошли во второй тур, а именно: кандидат Марин Ле Пен и самовыдвиженец Эммануэль Макрон.

Несмотря на появление новых информационных технологий, применяемых в политической кампании, базовые или традиционные технологии не потеряли своей актуальности и продолжали активно влиять на ход гонки.

Массовые митинги и шествия, организованные командой Макрона, были яркими и оптимистичными, без нагнетания ситуации, они проводились в первую очередь для последующего создания красивой ТВ-картинки и попадания в выпуски новостей и в социальные медиа в условиях запрета на политическую рекламу.

Успешным пунктом в программе Эммануэля Макрона было создание собственного политического движения «En Marche!» (рус.: «Вперед!»), чьим основным смыслом была не определенная идея или идеология, а сама личность Макрона, что подтверждается совпадением аббревиатуры партии и инициалами самого кандидата. Сильная персонификация указывает на истинную природу макроновского проекта как в высшей степени персонального, почти полностью лишенного традиционного политического кредо.

По ходу дебатов в официальные и неофициальные социальные сети размещались наиболее удачные для Макрона моменты, и, кроме того, в сетях во время и после дебатов появлялись благожелательные комментарии экспертов. После завершения дебатов в Интернете появился 5-минутный ролик с нарезкой лучших моментов Макрона, который в дальнейшем продвигался в социальных сетях. В сетях же вся медийная интерпретация данного видео строго контролировалась.

По мнению французских экспертов, это были первые в истории Франции выборы, на которых Интернет сыграл существенную роль.

Команда Макрона использовала движение «Вперёд!» для активизации и заинтересованности граждан в выборах. Любому желающему предоставлялась возможность стать кандидатом на местных выборах от движения Макрона путем регистрации на сайте и заполнения анкеты.

Марин Ле Пен активней всего использовала свои социальные сети для общения с аудиторией. Также Ле Пен выпустила на YouTube видеоролик, который активно распространялся в СМИ на протяжении всей предвыборной агитации.

Команда Макрона успешно взаимодействовала с активистами, которые подключались к цифровой платформе, где работу местных добровольцев курировали члены команды Макрона, коммуницирующие через Telegram. Каждую неделю добровольцы организовывали местные группы для обсуждения конкретных вопросов, которые в виде инструктажа спускались от кураторов. Местные комитеты могли готовить и отправлять аналитические сводки как материал для обработки и подбора идей для программы. На регулярной основе функционировала обратная связь, позволяющая контролировать уровень удовлетворенности организацией кампании «снизу».

Различные технологии сбора информации о потребителях в интернете и социальных сетях всегда активно применяются в политике. Дональд Трамп во время предвыборной компании активно работал с Big Data, чем и обрушил на себя негодование общественности, которая обвиняла его в злоупотреблении персональной информацией тысяч людей. Макрон использовал другой способ, более законный, чем только укрепил взаимоотношения со своими сторонниками. Он составлял собственную базу данных из информации, полученной в результате проведения многочисленных опросов, сортировки многих тысяч «анкет» и «профилей» потенциальных сторонников, сборе и отработке миллионов предложений и идей с мест. Волонтеры провели около двадцати пяти тысяч интервью в разных городах и сёлах страны, каждое из которых заняло около 15 минут. И в результате, из полученной информации, отсортированной и разобранной, была составлена база данных, которую использовали в политической гонке в дальнейшем.

У команды Макрона была база из 460 тысяч избирателей, которые еженедельно получали от него электронные письма. Факт регулярной рассылки убеждал граждан, их родственников и знакомых в том, что их кандидат имеет детальную и реальную программу, ему важно мнение простых избирателей.

Медийную раскрутку с использованием режима наибольшего благоприятствования в СМИ и интернете активно использовал Макрон во время своей предвыборной кампании, и это подтверждает факт выпуска около 100 электронных журналов с ним на обложке.

Успех в кампании Макрона заключается в том, что еще вчера молодой министр и бывший банкир без опыта в публичной политике, с отсутствием опоры на «институты» (партии, праймериз, идеологическое позиционирование) сумел обернуть свои недостатки в преимущества, компенсируя слабость современными технологиями политического маркетинга, более активно и широко применяемыми в США, а не Европе. Но технологии – ничто без человеческого капитала: кампания Макрона стала большим предвыборным экспериментом очень молодой команды, попробовавшей зайти на французские выборы с американским инструментарием.

В качестве последнего рассматриваемого кейса авторы выбрали Украину по нескольким причинам. Во-первых, из-за актуальности событий, свидетелями которых мы становимся в реальном времени; во-вторых, немалую роль сыграло то, что, несмотря на все опросы и комментарии, окончательных результатов нельзя было предугадать до последнего (т.е. непредсказуемость); в-третьих, неожиданное решение неполитичного, но имеющего высокий капитал в среде медиа Владимира Зеленского баллотироваться на выборы.

Технологии, которые использовал Пётр Порошенко, президент 2014-2018 гг., стали отправной точкой анализа третьего кейса. За время своего президентского срока Порошенко смог настроить против себя большую часть населения страны, даже тех, кто голосовал за него в 2014-м году, и имел крайне низкий рейтинг. Задачей президентских политтехнологов было преобразование ненависти избирателей если не в любовь, то хотя бы в готовность принять такого персонажа как данность.

В агитационных плакатах Порошенко нередко копировались сообщения Владимира Путина с российских выборов 2012 года: «Кандидатов много — президент один!», «Реальные дела, а не пустые обещания!». Примечательно, что президент Украины делал заявление о своем выдвижении на фоне баннера с лозунгом «Либо Порошенко, либо Путин», при этом само мероприятие называлось «Мы идем своим путем». Порошенко копировал «успешную» кампанию, но такая неумелая подделка вызывала только насмешки в интернете. Команда Порошенко с низкой активностью использовала НИТ и внимания избирателей добивалась посредством встреч с ними, что явилось ее промахом.

В январе Пётр Порошенко начал свой предвыборный «томос-тур» [9]. Его анонс мгновенно вызвал резонанс в Сети: многие высмеивали это мероприятие и называли его цирком. Вполне возможно, что «томос-тур» изначально подразумевал отклик в Интернете. Однако вместо ожидаемой положительной реакции пользователей мероприятие подверглось критике. Современные интернет-технологии могли бы помочь Порошенко поднять свой рейтинг и показать себя человеком, разбирающимся в медиа-пространстве. Способы, используемые Порошенко, больше походили на устаревшие.

Ближайшие 5 лет Украиной будет руководить бывший КВНщик Владимир Зеленский, весьма известный в интернете. Немалую роль в этом сыграли и информационные технологии, которые успешно использовались командой Зеленского.

Начать стоит с рассмотрения оригинального способа, которым Зеленский объявил о намерении баллотироваться на выборы президента Украины 2019 года. В новогоднюю ночь с 31 декабря на 1 января телеканал «1+1» вместо привычного обращения президента к народу запустил ролик Владимира Зеленского, в котором тот обещал, что будет баллотироваться на пост главы государства. Это был весьма удачный (и рискованный) ход, который обеспечил Зеленскому должное внимание (в том числе в интернете начались бурные споры и обсуждения), поскольку одна половина аудитории была шокирована, а другая радовалась и уже собиралась проголосовать за кандидата.

Одной из наиболее распространённых технологий является запуск флешмобов, чем и воспользовалась команда кандидата. 7 февраля на Facebook стартовал флешмоб #Яклоун, суть которого заключалась в том, что украинцы должны были назвать свое имя, зарплату, стипендию или размер пенсии, которые «делают их клоунами»[3]. По словам Зеленского, именно нынешняя власть привела к бедности, которая и сделала из жителей страны клоунов. В комментариях люди действительно делились своим историями и высказывали слова поддержки Зеленскому.

В 2015 году Зеленский совместно со своей студией запустил сериал «Слуга народа». Политическая комедия стала самым рейтинговым сериалом украинского телевидения по итогам 2015 года. В частности, видео с самыми первыми четырьмя сериями имеют на официальном канале на YouTube более 5 млн. просмотров, что показывает интерес людей к сериалу. Странички сериала в соцсетях пополняются новыми постами ежедневно, а на официальном сайте можно найти различные закадровые фото и видео. Трудно сказать, планировал ли уже тогда Зеленский баллотироваться в президенты или нет, но точно сказать можно одно – посредством сериала показывалась «внутренняя кухня» президентства и те сложности, с которыми сталкивается «обычный» человек, когда вливается в политическую игру. Премьера третьего сезона состоялась в марте. Главной интригой остается то, как изменится сюжет сериала согласно результатам президентской гонки. Рейтинг третьего сезона стал выше, теперь сериал работает на ещё более широкую аудиторию.

На основании всего вышесказанного можно подвести общий итог. Пётр Порошенко и Владимир Зеленский заняли разные секторы информационного воздействия: Зеленский – медиа-диалог, Порошенко – личное общение. Порошенко предлагал устаревшие идеи, даже не пытаясь воспользоваться возможностями Интернета. Информационные технологии (преимущественно НИТ), используемые Владимиром Зеленским, обеспечили ему любовь и поддержку потенциальных избирателей, в то время как рейтинг Петра Порошенко падал всё ниже и ниже, а общее настроение вокруг его персоны было преимущественно негативным.

21 апреля 2019 года состоялся второй тур выборов, в ходе которого новым президентом Украины был избран Владимир Зеленский с почти 70% голосов.

Рассмотрев кейсы избирательных кампаний, авторы считают возможным выделить преимущества НИТ, указывающие на их фундаментализацию, прочное закрепление своих позиций в сфере политики, и недостатки НИТ.

Преимущества НИТ:

  1. Значительный рост аудитории. Практически 40% населения мира имеет доступ в сеть Интернет не только посредством персональных компьютеров, но и через мобильные устройства. Такая аудитория, которая в моменты политической мобилизации способна трансформироваться из потенциальной в реальную, немыслима для традиционных средств массовой коммуникации. Процент пользователей глобальной сети растет изо дня в день, а значит растут и возможности политических субъектов.
  2. Глобальный охват. НИТ позволяют пользователям получить доступ к сообщению из любой точки, где есть доступ к сети. Современный политик, функционирующий в пространстве Интернет, способен распространять свое влияние в глобальном масштабе.
  3. Мгновенная публикация сообщений. Донесение политического сообщения со скоростью в «один клик» – важнейшее преимущество в период жестокой предвыборной борьбы в краткие сроки.
  4. Наличие ряда различных каналов. НИТ позволяют составлять сообщения в соответствии с предпочтениями аудитории, получающей информацию из определенного источника, которых может быть очень много. В этом преимуществе также скрыт и критерий многоканальности новых информационных технологий, что характеризует восприятие политической информации со стороны аудитории.
  5. Интерактивность. Данное качество обеспечивает постоянное взаимодействие автора с аудиторией через систему комментариев и/или форумов в социальных сетях или иных интернет-платформах. Получение быстрой и качественной обратной связи – ключевой параметр в условиях демократического политического дискурса, который позволяет политикам мгновенно реагировать и подстраиваться под запросы аудитории. В рамки этого параметра также можно включить высокий уровень вовлеченности аудитории в политический процесс. Как пишет И.А. Быков: «Очевидно, что можно говорить о нескольких уровнях политической мобилизации, когда общество или отдельные социальные группы имеют разный потенциал политической активности и готовности к политическим действиям» [5, с. 164] Основываясь на данном утверждении, можно полагать, что интернет-аудитория в большей степени относится к активной категории.

 

Недостатки НИТ:

  1. Угроза утечки персональных данных при использовании НИТ. В связи с тем, что интернет-пространство осваивается разными людьми с совершенно разными целями, риск быть «взломанным» растет с каждым днем. В контексте же политической информации, обладающей разными уровнями секретности и доступности, это обстоятельство может вызывать еще больше поводов для беспокойства.
  2. Невозможность полноценного охвата населения. В наши дни еще не все категории населения являются активными пользователями глобальной сети, однако именно в этой среде может быть сконцентрирован основной электорат. Сложность налаживания подобного рода коммуникаций не может быть преодолена с помощью НИТ.
  3. Обратная связь может быть зачастую «накрученной». В последние годы получила развитие практика «накручивания» лайков, подписок и комментариев в социальных сетях и иных Интернет-ресурсах. Данное обстоятельство способно серьезно навредить не только статистическим показателям, но и сформировать ложные политические ожидания, а также негативным образом повлиять на имидж той или иной политической персоны.
  4. Из-за недостаточно исчерпывающего законодательства в сфере регулирования новых информационных технологий деятельность по использованию НИТ в политическом процессе может выходить за рамки этичного и дозволенного. В том числе возрастает количество жертв манипуляционного воздействия, как отмечает С.И. Коренюшкина: «Лимитированные возможности серьезного анализа информации, одной из причин которых стала информационная перенасыщенность, повысили эффективность использования манипулятивных технологий в формировании отношения общественности к тем или иным событиям» [6, с. 97] Соответственно, риск вовлечения пропагандистских инструментов в политический процесс в пространстве НИТ увеличен.
  5. Высокая необходимость учета культурных особенностей. Следует согласиться с С.И. Коренюшкиной в том, что «внедрение новых компьютерных технологий до неузнаваемости изменило коммуникационный ландшафт, хотя существуют отличия как в онлайн-культуре, так и внутри интернет-сообщества каждой страны» [5, с. 80]. Действительно, культурный контекст зачастую становится определяющим фактором в вопросе выбора способов донесения политической информации до аудитории. Таким образом, универсальными НИТ назвать сложно.

Предвыборные кампании всегда находятся в центре пристального общественного внимания. Однако анализ использования и эффективности новых информационных технологий в подобных процессах проводится крайне редко. Современные исследователи обращают мало внимания на данный аспект деятельности политических субъектов. Игнорирование использования НИТ современными политиками, что теперь справедливо можно назвать тенденцией, – большая ошибка не только аналитиков и экспертов, но и политтехнологов, которые устанавливают барьеры для своих клиентов, лишая их возможности налаживать современные, актуальные и эффективные каналы коммуникации со своей реальной и потенциальной общественностью.

Отсутствие в научной литературе четкой дефиниции понятия «новые информационные технологии в политике», а также аналитических материалов ставит в тупик заинтересованную в данной теме общественность, в частности исследователей. Наличие определения чрезвычайно важно, поскольку именно оно задает верный вектор для поиска именно тех информационных инструментов, которые бы обладали определенным набором общих характеристик для объединения в единую автономную группу. В научной литературе тема практического применения новых информационных технологий почти что игнорируется. Если же исследования встречаются, то, как правило, они бывают посвящены оценке избирательных кампаний как таковых, где использование специфических инструментов и их классификации остается без внимания.

Действительно, эффективность деятельности современных политических субъектов напрямую определяется уровнем их вовлеченности в сферу интернет-технологий, а также их грамотным и планомерным применением в своей избирательной или иной политической практике.  В связи с высокой значимостью и актуальностью проблемы возникает потребность в выработке универсальной классификации НИТ, которая смогла бы предложить те критерии, на основании которых стала бы возможной оценка использования НИТ, а также прогнозирование политической ситуации в контексте их применения.